Был у меня замечательный сосед по подъезду — Женя Хаджипараш. Добрейшей души человек. В молодости мы работали с ним в одной школе. Спустя годы, Женя принял сан и около 30 лет прослужил секретарем управления делами Екатеринодарской и Кубанской епархии при митрополите Исидоре.

После смерти владыки отец Евгений еще несколько лет был настоятелем храма в честь иконы Божией Матери «Целительницы». К великому прискорбию, в феврале 2026 года отец Евгений скончался безвременно.

Будучи соседями, мы дружили с Женей и его женой Светланой. Наши сыновья были ровесниками и тоже очень хорошо дружили между собой. Однажды Женя преподал мне хороший урок воспитания ребенка. Как-то наши сыновья, тогда еще первоклассники, набедокурили во дворе. И я попросила Женю хорошенько наказать мальчиков, и своего, и моего, чтоб неповадно было шалить. И в ответ на эту просьбу Женя сказал:

— НАКАЗЫВАТЬ — в русском языке означает: «напутствовать, желать, увещевать, делать наказ», а вовсе не унижать руганью, побоями или каким-нибудь лишением.

Эти его слова я не только запомнила на всю жизнь, но и постоянно руководствовалась потом в своей работе учителя.

Помню, когда я работала в Пушкинской средней школе (в то время село Пушкинское относилось к Кавказскому району) привели мне в класс второгодника, Толика Афанасьева. Парень этот был просто неуправляемый. Пользуясь положением самого старшего по возрасту, Афанасьев не только терроризировал весь класс, но и основательно мешал проведению уроков у всех учителей. Жалобы на него поступали мне ежедневно после каждого урока. Никто не мог с ним справиться. Были даже предложения вообще исключить из школы. Но как исключать пятиклассника? Директор однозначно требовал: «Работайте!»

У меня на уроках он вел себя более-менее прилично, но мешал сильно. Однажды он как-то основательно разбушевался. Но у меня не было ни сил, ни желания что-то ему говорить и как-то на него воздействовать. Я просто подошла к нему сзади и положила свою ладонь на его голову. Подержала секунду и тихо сказала: «Успокойся, Толик». И он успокоился.

Я до сих пор помню, как вздрогнули плечи этого мальчика и сжалась спина. Он ожидал удара. Видимо, его часто так «усмиряли». И дома, и в школе. Больше на моих уроках он не хулиганил. А после жалоб со стороны других учителей я подходила к нему и просила: «Толик, будь добр, очень прошу, не подводи меня и веди себя прилично!». Толик утихал на какое-то время. Впрочем, совсем скоро он поладил с одноклассниками и с учителями. А когда я попросила его присмотреть за моим сынишкой, когда тот заболел, он сильно удивился и сказал: «Но я же хулиган». «Не знаю, хулиган ты или нет, но Алешка тебя любит». Надо было видеть глаза этого мальчишки.

Толик окончил школу вместе с моим классом без особых проблем.

Мне много раз приходилось слушать от учителей, что с детьми надо быть строгими и жесткими, потому что проявление доброго к ним отношения они воспринимают как слабость, и слушаются только тех учителей, которые «держат учеников в ежовых рукавицах».

Никогда ничего доброго и хорошего не добьешься злом и насилием. Ругань, угрозы и всевозможные силовые методы со стороны взрослых, еще нигде и никогда не приводили к хорошим результатам, потому что единственный результат такого воздействия — это страх, рождающий трусость, лицемерие, злость и ненависть, зависть, упрямство, презрение и множество других пороков, которые делают человека нравственным уродом. Даже если ребенок и становился послушным после наказания, окрика или ругани, то либо всего лишь на время, либо полностью лишался способности что-то самому соображать и делать.

Чушь все это. Те, которые так рассуждают, путают совершенно разные понятия: «добро» и «попустительство, вседозволенность». Доброта всегда от души, от приязненного отношения к человеку, от заботы и внимания. Доброта всегда в паре с любовью. На самом деле, доброта очень сильное качество. И доброта, как ни странно, постоянно трудится, духовно растет и распространяет тепло. А попустительство — это всегда от равнодушия, душевной лени, отсутствия воли. При этом, как правило, прикрывается видимостью доброты. «Не стоит связываться», «и так сойдет», «подумаешь, ничего страшного», «некогда», «я ничего не могу сделать», «сам разберется» — вот обычные отговорки попустительства.

Дети очень быстро и легко разбираются в том, где доброта, а где слабость, попустительство. Причем, действительно доброму учителю они могут простить ошибки, а слабовольному учителю, допускающему попустительство, никогда не прощают и мстят так же, как и «жесткому» учителю. И одинаково не уважают. Только «жесткого» не уважают тихо и скрыто, а слабого открыто.

Многие учителя, особенно молодые, свое неумение и нежелание нормально контактировать с детьми оправдывают свой непрофессионализм очень сильным влиянием на поведение детей в школе отношением родителей к школе. Нынче даже словечки такие появились: «яжемать» и «яжебатя».

Помилуйте, коллеги, о чем речь? Защищать свое кровное дитя отца и мать призвала сама природа. Все живые существа ревностно оберегают потомство, пока оно еще маленькое, от внешних посягательств. Почему в этом мы должны отказывать людям? Родители не только вправе, но и обязаны быть первой, главной и сильной защитой своему ребенку. Если родитель не исполняет эту обязанность, то грош ему цена. Прав ребенок или не прав, первое, что обязан сделать родитель — это обеспечить в конфликте своему ребенку защиту: правовую, физическую, психологическую. А потом обязан детально разобраться, не ущемляя чести, достоинства и прав всех сторон конфликта. Другое дело, что многие родители просто не умеют это делать. Действуют по наитию, как сами разумеют. Так надо родителей учить. Любыми правовыми способами. И учить родителей, в первую очередь, призвана школа.

Еще одно примечательное явление нашего времени: каждый день после уроков и всех мероприятий приползает учительница домой и на весь вечер погружается в чат с родителями своих учеников. «Что было задано на дом?», «Что принести завтра в школу?», «Почему у моего сына по математике двойка?», «Когда будут объявлены оценки за контрольную?», «Почему мой ребенок пришел домой с синяком?» и т.д., и т.п. Нет конца этой переписки. Каждой маме надо ответить, разъяснить, растолковать. Собственные дети сидят без ужина, муж постоянно недоволен. Каждый день без выходных и праздников.

Телефонные разборки и общения как-то вытеснили классные родительские собрания. А зря. Я, конечно, имею в виду те приснопамятные классные собрания в былые времена, в ходе которых учитель или несколько учителей детально обсуждали поведение и успеваемость каждого ученика. Прилюдно, чаще всего в самых мрачных красках. Такая практика не просто порочна, а преступна. После таких «собраний» униженные родители дома унижали детей. Они потом мстили учителям или успешным одноклассникам. Я в своей учительской практике никогда не проводила подобных «собраний». Мне было жалко детей и родителей. Поэтому перед началом учебного года на самом первом собрании объявляла родителям, что на собраниях ни одному родителю я не стану рассказывать о том, как учится его ребенок. Если кто интересуется, то для этого есть журнал и личная беседа. А на собраниях мы решали проблемы, касающиеся всего класса. Вот как раз на этих собраниях неплохо было бы профессионально учить родителей, как следует воспитывать ребенка. Приглашать профессионалов — юристов, психологов, медиков, опытных родителей. Каждый родитель мог бы поделиться своим хорошим опытом воспитания детей. Полезно было бы и безобидно.

Учительский труд всегда и везде был очень тяжелым, ненормированным и неоцененным в достаточной степени. Но этот труд не может заменить и упразднить никакой искусственный интеллект, никакая техника. И без учителей немыслима никакая цивилизация. Процветающее государство делают не политики, экономисты и юристы, а учителя, которые обучают и воспитывают хороших политиков, экономистов и юристов. Доброго здоровья и успехов всем учителям и воспитателям!

Юлия Шулепова.