Людмила встречает меня на крыльце и провожает в дом. Женщина волнуется, но ей приятно рассказывать о своих детях.
Она — жительница Лосевского сель¬ского поселения, член волонтерской группы «ZаVеса», а также мама двух сыновей, которые выбрали путь на¬стоящих героев и защищают интересы Родины на СВО.
Константину Шевченко — 38 лет, Ивану исполнилось 30. Оба брата всегда были разными по характеру, но схожей гражданской позицией:
— Ребята мои — патриоты. Старший, Костя, всегда был спокойным, вдумчивым, рассудительным. Работал фельдшером на Станции скорой помощи. А вот Ваня, младшенький мой… ну, сорвиголова! Энергии — уйма, активный, веселый. С детства записала его во всевозможные спортивные сек¬ции, поэтому спорт — это его все. Не раз становился чемпионом по армейскому рукопашному бою Чер¬номорского флота в своей части.
После армии, живой и неугомонный Иван тут же заключил контракт и уехал в Крым служить. После в его жизни будут еще участие в военном конфликте в Сирии и Армении. Не раз отмечен медалями, например, «За освобождение Крыма». При этом успел жениться и стать отцом двух детей — дочери Софии и сына Ратмира. А вот Константин, отучившись в Кропоткинском медицинском колледже, прочно обосновался и много лет проработал на «скорой», не думая ничего менять в своей жизни. Однако судьба внесла свои коррективы.
— Сразу после начала спецоперации на фронт отправился Ваня как контрактник. В августе в зону СВО решил пойти и Костя. Вызвался добровольцем. Сказал мне: «Мам, младший там, а я здесь? Нехорошо это, неправильно». Сейчас у обоих есть медаль «За отвагу», гордость берет, но какой ценой достаются эти награды…Скажу сразу: мне было крайне непросто принять его решение. Но я смирилась и горжусь своими детьми, хоть и очень за них переживаю. Они у меня целеустремленные и смелые. Мои герои! — с комом в горле говорит мама бойцов.
Поначалу Константин и Иван воевали в одной стрелковой бригаде на херсонском направлении. Однако, после потопа от разруше¬ния Каховской ГЭС, братья воюют на расстоянии друг от друга: — Так тяжело вспоминать об этом… Затопило несколько рай¬онов. И мои мальчики, в прямом смысле, выплывали оттуда. Ваня чуть не утонул. Господи, сколько слез я тогда пролила, молилась не переставая за своих кровиночек: лишь бы были живы! Только бы выбрались оттуда! Слава Богу, все хорошо, беда обошла стороной.
В прошлом году Константин и Иван практически одновременно попали под обстрел в одном из боев. После отпуска по ранению, старший сын Людмилы Шевченко вернулся в зону спецоперации в качестве инструктора технической медицины, а Иван вновь стал под знамя своей части.
— С Костей созваниваемся чаще, чем с Ваней — там связь получше. Не жалуются мне, не ноют никогда, хотя я представляю, как они устали от этих обстрелов, войны… А еще от… мышей. Говорят, что их там - тьма-тьмущая! За ночь в мышеловку может попасть более 250 мышей. Кошмар! Поэтому они с сослуживцами всегда стараются подвесить продукты питания и оде¬жду повыше, чтобы их не испортили.
Конечно, я за них переживаю, ведь это не армия, а война, — вздыхает мать. — Сыновья просят: «Дождись нас». Ваня вообще строго-настро¬го наказал: «Мам, если позвонят и скажут, что я погиб или без вести пропал — не верь им, все будет хо¬рошо». Стараюсь держаться, для них теперь живу. Смахнув непрошеную слезу, Люд¬мила Шевченко предается и теплым воспоминаниям:
— Ванечка откуда бы не возвра¬щался, приезжает ко мне первой. Для меня это всегда сюрприз. Помню, как сын в военной форме с букетом но¬чью стучится в дверь. Открываю — и радостно ахаю от неожиданности: сынок приехал! Всегда — с огром¬ным букетом роз и каким-нибудь подарочком.