— Мы делали все: обрабатывали раны бойцам, таскали раненых, ставили уколы, мыли полы. К нам прикомандировали профессора, опытного военного хирурга, и под его присмотром я извлекала из предплечья бойца осколок длиной в два миллиметра. Парень меня даже поддерживал: «Давай! Мне не больно, у тебя все получится!». Этот осколок он отдал мне на память, — вспоминает Полина.

Яркая, боевая, жизнерадостная и отчаянно смелая Полина если уж что-то решила, то никто не остановит. До последнего момента она не сообщала родным, что уходит на СВО. Почему женщина решила стать военнослужащим? Объяснений тому множество, но ни одного основного. Полина пережила тяжелый развод, кстати, рассталась с бывшим супругом в день начала спецоперации. Таких знаков в ее жизни было много. В 2022 году она переехала из Сочи в Кропоткин ближе к матери, которая живет в Гулькевичском районе. Старшая дочь — 14-летняя Александра, осталась с отцом, младшая — пятилетняя Маша — приехала с мамой.

Женщина устроилась на работу по специальности — на железнодорожный вокзал инспектором досмотра, отвечала за безопасность на объектах транспортной инфраструктуры. Однажды ей попалось видео с уроком по тактической медицине. Полину настолько увлекла эта тема, что она задумалась: вдруг это мое призвание? Подошла к вопросу основательно. В 2023 году получила сертификаты двух коммерческих курсов по тактической медицине и прошла обучение в военно-медицинской академии им.Кирова в Москве. Ей была присвоена военно-учетная специальность санинструктора — сержантская должность. В декабре того же года после распределения Литвинову направили в филиал Ростовского госпиталя в Луганске, на должность санитара.

— Военный госпиталь — это тыловое подразделение, как ни крути. Но иногда нас отправляли для сопровождения раненого из серой зоны. Однажды я везла бойца, у которого осколок остановился в двух миллиметрах от аорты. Я очень боялась, что парень не доедет. Если машина попадет в ухаб, то осколок может пробить аорту, и тогда — верная смерть. Ни я, ни кто-либо другой ничего не сможет сделать. Еще помню, как к нам доставили пленного. В его глазах явно читался страх, что мы обязательно захотим ему навредить. Пришлось объяснять: «Мы медики, а ты человек, нам нужно делать свою работу», — поделилась случаями из жизни Полина.

Она навсегда запомнит «запах смерти», так Полина сама для себя назвала жуткую, пробирающую до костей адову смесь крови, пота, грязи, порохового газа и перекиси водорода. К счастью, смертельных случаев в Луганском госпитале было мало. Медицинский персонал поддерживал раненых, старался поделиться своим теплом, даже в шутку медики рисовали на гипсе сердечки. Однажды, услышав ругань в коридоре, Полина вышла узнать что случилось. Ей объяснили: «Парень шумит, не хочет в эвакуацию ехать. Орет, что у него там пацаны, задачи, видите ли…». Полина отвела его в сторонку и объяснила: возможно, будет так, как ты сказал — тебя подлечат, и все будет хорошо. А второй вариант развития событий: ты возвращаешься в антисанитарные условия, иммунитет на нуле, получаешь заражение крови, и во время выполнения боевой задачи умираешь, оставляя своих ребят без прикрытия». Словом, уговорила бойца.

По вечерам, пообщавшись с родными по телефону, Полина плакала. Скучала и очень боялась за дочь. Смены иногда длились до полутора суток, мыться даже зимой приходилось холодной водой. Небо над Луганском то и дело разрезали ракеты, каждая из них могла быть нацелена на город. — Иногда слышишь, летит ракета и думаешь, что надо убежать. С другой стороны, побегу — создам панику. И остаешься на месте, мысленно прощаешься с близкими. Потом понимаешь — пронесло, — продолжает Полина.

За время службы в Луганском госпитале Полина нашла вторую половинку. Еще до подписания контракта с Министерством обороны она переписывалась в интернете с мужчиной, тоже участником СВО, штурмовиком. Следуя неведомому промыслу, они оба оказались в Луганске. Встретились вживую и на третьем свидании… расписались. Будущий супруг сказал: «Чего тянуть? Сколько нам осталось жить? Два понедельника?».

Пока рассказывали друг другу о себе, выяснили, что судьба пару раз сводила девушку из Сочи и кропоткинского парня. Во-первых, школьный выпускной они отмечали в одном и том же ДК, в один год. Но самое удивительное совпадение состоит в том, что несколько лет назад старая «шестерка» синего цвета Полины раскапризничалась и сломалась возле больницы в Гулькевичи. Девушка стояла с дочкой у дороги и плакала. Но какой-то парень подошел, спросил, что случилось, и починил автомобиль. Отзывчивым молодым человеком оказался нынешний муж Полины.

Их следующая встреча после нескольких «медовых дней» состоялась лишь через много месяцев, в мае 25-го, когда он приехал в Кропоткин к жене в отпуск. Через полгода службы в госпитале Полину перевели в штаб на должность делопроизводителя по второй военно-учетной специальности. Полина отработала контракт и вернулась домой, к дочери. Положенных три месяца отпуска не выдержала — в одиночку бороться с ночными кошмарами оказалось сложнее, чем она думала. Послушалась совета хорошего знакомого опытного бойца и вышла на работу.

— Я рада, что не потратила впустую год жизни, а посвятила этот год службе в армии России. У меня самые лучшие воспоминания о моем подразделении, коллегах, командирах. Простыми словами: есть поговорка — хорошо там, где нас нет, а я всегда говорю: «Хорошо там, где есть я!» — На войне все быстро: быстро дружишь, быстро любишь, быстро живешь. На самом деле, мечтаю вернуться к работе в военном госпитале. Я понимаю, вижу, что я ТАМ нужнее, чем здесь, — заключила Полина.

Свою судьбу она выбирает сама. Привыкла доверять интуиции, она не раз выручала. За деньгами не гонится, ведь однажды Полина уже сменила гражданскую работу с зарплатой в разы выше, на обязанности военнослужащего санитара, и ни о чем не жалеет. Приносить пользу, быть там, где нужна, для нее важнее всего остального.

Фото из архива героини публикации.